9 - peatükk

Право на свободные выборы

Author: Egert Rünne

Политические и институциональные векторы развития

В отчетный период в Эстонии состоялись как выборы 2014 года в Европейский парламент, так и парламентские выборы 2015 года.

Выборы в Европарламент впервые проводились по открытым спискам, исходя из Закона о выборах в Европейский парламент, в который были внесены изменения 10 февраля 2010 г.[1] В 2004 и 2009 году на выборах в Европейский парламент людям приходилось выбирать на основе закрытых списков, т.е. голосовать можно было за партию в целом или за независимых кандидатов, на этот же раз можно было отдать голос за конкретного кандидата в составе партии.

Согласно отчету экспертной группы при Бюро по демократическим институтам (БДИПЧ/ODIHR) и правам человека, выборы 2015 года в парламент были организованы в Эстонии эффективно.[2]

По-прежнему имеется проблема с людьми, не имеющими избирательного права, и теми, кто не может участвовать в выборах. Лица с неопределенным гражданством имеют право голосовать на местных выборах, но не на выборах в Рийгикогу, а также они не могут выдвигать свои кандидатуры на выборах в Рийгикогу (в 2015 году количество лиц с неопределенным гражданством в Эстонии составляло 89 700 человек).[3] Хотя лица с неопределенным гражданством могут участвовать в различных видах деятельности, связанных с партиями, и делать пожертвования партиям и кандидатам, они не имеют права вступать в члены какой-либо партии.[4]

Несмотря на предложения ОБСЕ, оценку канцлера юстиции и предложения многих отчетов по правам человека, Эстония – одна из немногих стран в Европе, где на всех заключенных распространяется автоматическая утрата права голоса, вытекающая из закона. В 2014 году в Эстонии было 2291 заключенных .[5]

В начале 2014 года тогдашний министр иностранных дел Урмас Паэт отправил председателю конституционной комиссии Райту Марусте письмо, в котором счел необходимым в скорейшем порядке изменить в законе положения, касающиеся избирательного права заключенных, поскольку абсолютный запрет на голосование противоречит Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.[6] Эта тема обсуждалась на заседании конституционной комиссии, состоявшейся в 2014 году; по личной оценке тогдашнего председателя конституционной комиссии Райта Марусте, изменения в законы о выборах все же следовало бы внести, чтобы выполнить международное обязательство, которое Эстония приняла на себя, присоединившись в 1996 году к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Хотя, по оценке как министерства иностранных дел, так и министерства юстиции следует смягчить абсолютный отказ в избирательном праве для заключенных, в конституционной комиссии парламента для этого нет политической воли.[7]

Также в 2015 году советник правового и аналитического отдела Канцелярии Рийгикогу Катре Тубро в своей статье упоминала, что решение данной проблемы длительное время откладывалось, хотя должно быть ясно, что нельзя это делать бесконечно.[8]

Законодательные векторы развития

1 июля 2014 года на рассмотрение Рийгикогу был подан инициированный 41 членом Рийгикогу проект закона об изменении Конституции Эстонской Республики, имевший целью снизить избирательный возраст на выборах в собрания местных самоуправлений до 16 лет.[9] Этим изменением требовалось также изменить Конституцию, и, таким образом, изменение было необходимо утвердить двумя составами Рийгикогу подряд. Закон об изменении Конституции Эстонской Республики для снижения избирательного возраста на выборах в собрания местных самоуправлений, был принят 1 июня 2015 года в следующем виде:

  • 1. Часть 2 статьи 156 Конституции Эстонской Республики изменяется и формулируется следующим образом:

ˮНа выборах в собрание местного самоуправления, по предусмотренным законом условиям, право голоса имеют лица, постоянно проживающие на территории данного самоуправления, возраст которых составляет не менее шестнадцати лет.ˮ.[10]

Исходя из закона, лица в возрасте от 16 лет могут участвовать в выборах в местные самоуправления с 2017 года.

Судебная практика

Большинство жалоб в избирательную комиссию, а оттуда в виде возражения – в Государственный суд,, прежде всего—О принципе, автоматически запрещающий всем заключенным участвовать в выборах. На непропорциональность этого пункта закона указывали различные министерства, международные организации, а также местные эксперты.

Предметом самой крупной публичной дискуссии стало решение Таллиннского окружного суда по административному делу № 3-15-403, согласно которому, по оценке истца, установленный Законом о выборах в Рийгикогу (RKVS) запрет принимать участие в выборах лицам, которых суд признал виновными в преступлении, и которые отбывают тюремное наказание, непропорционален. Суд счел, что, согласно решению суда, Рийгикогу в течение длительного времени не приводил Закон о выборах в соответствие с практикой Европейского суда по правам человека, которая не позволяет государству неизбирательно и без исключений ограничивать избирательное право всех заключенных на выборах в парламент. Поскольку Рийгикогу не принял решения о том, каким критериям должны соответствовать лица, содержащиеся под стражей, избирательное право которых ограничивается, и в порядке какого судопроизводства оно ограничивается, Закон о выборах в Рийгикогу противоречит Конституции.[11] Таким образом, благодаря решению суда, в виде исключения, участвовать в выборах смогли два лица, содержащиеся под стражей, но, в то же время, суд в своем решении оставил противоречащее конституции ограничение без изменений, тем самым запустив надзорное производство по вопросу конституционности в Государственном суде, в исключительную компетенцию которого входит признание ограничения недействительным. Государственный суд в своем решении счел, что это ограничение на основе данного конкретного казуса не будет признано недействительным.

Канцлер юстиции в своей оценке, отправленной в Государственный суд, счел, что ограничение активного избирательного права для лиц, признанных виновными в совершении преступлений и отбывающих тюремное наказание, вытекающее из части 3 статьи 4 и ч. 3 ст. 22 RKVS, явно противоречит требованиям, вытекающим из статьи 3 протокола 1 Европейской конвенции о правах человека, и, исходя из ч. 2 ст. 123 Конституции, также Конституции. Поскольку и в эстонском правопорядке действует принцип общего избирательного права на выборах в Рийгикогу, и ограничение этого права возможно лишь в соответствии с принципом пропорциональности, оспариваемые положения одновременно противоречат статьям 11, 57 и 58 Конституции.[12]

В своей оценке министр юстиции счел, что пропорциональность ограничения абсолютного активного избирательного права, являющеяся предметом спора,находится под вопросом .[13] Также министр иностранных дел счел противоречащими конституции часть 3 статьи 2 и ч. 3 ст. 22 RKVS из-за их непропорциональности.[14]

Статистика и исследования

По заказу Министерства юстиции Институт политологических наук Таллиннского университета провел исследование «Анализ эффектов от снижения активного избирательного возраста: предварительная оценка», из которого следовало, что, подобно опыту других стран, эстонская молодежь 16-летнего возраста тоже достаточно зрела для голосования на местных выборах. Анализ установил, что со снижением возраста, дающего права голосовать на выборах, с 18 до 16 лет в обществе добавится примерно 24 000 потенциальных избирателей, что составляет 2–2,3% от всего количества избирателей, обладающих правом голоса. Основной проблемой можно считать слабость желаемого эффекта от политического изменения или полное его отсутствие. Вероятность этого больше в том случае, когда молодежь не занимает активной позиции при артикуляции своих интересов и потребностей, конформно голосует или вообще отказывается от голосования.[15]

Исследование, заказанное уполномоченным по гендерному равноправию и равному обращению, обнаружило, что удельный вес женщин-кандидатов в избирательных списках партий за последние 10–15 лет существенно не изменился, хотя количество женщин несколько выросло в первой десятке и двадцатке общегосударственных списков партий . Исследование выявило, что из всех парламентских партий больше всего женщин-кандидатов – в Социал-демократической партии (36,8%), а меньше всего – в Союзе Отечества и Res Publica (IRL) (24,0%). Среди фаворитов окружных списков больше всего женщин – в Центристской партии (41,7%), а меньше всего – в Социал-демократической партии (8,3%). Среди же кандидатов первых трех округов наибольший процент женщин – в Социал-демократической партии (36.1%), а наименьший – в Партии реформ (22,2%). В первой десятке общегосударственных списков больше всего женщин – в Социал-демократической партии (60%), следом за которой идет Центристская партия (50%). В первой десятке списков Партии реформ и IRL женщин – 20%. В первой же десятке общегосударственного списка Консервативной народной партии Эстонии вообще нет женщин.[16]

Положительная практика

Голосование по Интернету, ставшее уже одной из легенд об успехах Эстонии, стало более безопасным и прозрачным – прежде всего, благодаря созданию комиссии по электронному голосованию (EHK), подведомственной Избирательной комиссии Республики (VVK), в задачи которой входят проведение интернет-голосования и утверждение результатов электронного голосования. Также разработан процесс верификации с целью подтверждения того, что электронный голос избирателя доставлен по назначению и записан на сервере, фиксирующем голоса. В то же время, по-прежнему сохраняется проблема с отчетностью о голосовании по Интернету – например, ОБСЕ считает, что для того, чтобы увеличить отчетность системы интернет-голосования, соответствующие органы могли бы продолжить прилагать усилия по добавлению в систему верификации end-to-end, чтобы избиратели могли получить подтверждение того, что их голоса считываются в том же виде, в каком они записаны.

Важные публичные обсуждения

Предоставление избирательного права 16-летним вызвало широкое обсуждение: в основном, люди поддерживали изменение Конституции, более критическую оценку проект получил со стороны Центристской партии, по мнению которой изменение закона – это половинчатое решение: помимо допуска к голосованию, 16-летние должны были бы получить и право быть избираемыми.[17]

Также, прежде всего, Центристская партия во время выборов как в Европейский парламент в 2014 году, так и в Рийгикогу в 2015 году, поднимала в средствах массовой информации дискуссию о безопасности электронных выборов.

Рекомендации:

  • Изменить соответствующие законы таким образом, чтобы запрет избирать был только у заключенных, которым он назначен в качестве дополнительного наказания.
  • Оценить разумность и целесообразность запрета наружной политической рекламы в период избирательной кампании.

[1] Euroopa Parlamendi valimise seaduse muutmise seadus. Arvutivõrgus kättesaadav: https://www.riigiteataja.ee/akt/13282688.

[2] Riigikogu valimised. 1. märts 2015. ODIHR-i valimiste eksperdirühma aruanne. Varssavi 26. mai 2015. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.osce.org/et/odihr/elections/estonia/165836?download=true.

[3] Lõimumine: eesmärgid. Arvutivõrgus kättesaadav: https://valitsus.ee/et/eesmargid-tegevused/loimumine/loimumine-eesmargid.

[4] Riigikogu valimised. 1. märts 2015. ODIHR-i valimiste eksperdirühma aruanne. Varssavi 26. mai 2015. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.osce.org/et/odihr/elections/estonia/165836?download=true.

[5] Vanglateenistuse aastaraamat. Arvutivõrgus kättesaadav: http://issuu.com/vanglateenistus/docs/vanglaameti_aastaraamat_veeb.

[6] “Urmas Paet: vangide valimisõiguse osas tuleb viivitamatult seadust muuta.” Delfi. 15.1.2015. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.delfi.ee/news/paevauudised/eesti/urmas-paet-vangide-valimisoiguse-osas-tuleb-viivitamatult-seadust-muuta?id=67609316.

[7] “Võimusaadikud panid vangide valimiskeelu leevendamisele pidurit.” Postimees. 15.1.2015. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.postimees.ee/2661958/voimusaadikud-panid-vangide-valimiskeelu-leevendamisele-pidurit.

[8] Tubro, Katre. Vangide valimisõigusest. Riigikogu Toimetised. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.riigikogu.ee/rito/index.php?id=14443.

[9] Eesti Vabariigi põhiseaduse muutmise seadus kohaliku omavalitsuse volikogu valimistel valimisea langetamiseks 703 SE. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.riigikogu.ee/tegevus/eelnoud/eelnou/b0f58e59-bf36-40e3-bbd7-3aff08428bdf/.

[10] Eesti Vabariigi põhiseaduse muutmise seadus kohaliku omavalitsuse volikogu valimistel valimisea langetamiseks. Arvutivõrgus kättesaadav: https://www.riigiteataja.ee/akt/115052015001.

[11] Tallinna Ringkonnakohtu otsus haldusasjas nr 3-15-403. Arvutivõrgus kättesaadav: https://www.riigiteataja.ee/kohtuteave/maa_ringkonna_kohtulahendid/menetlus.html?kohtuasjaNumber=3-15-403/11.

[12] Arvamus põhiseaduslikkuse järelevalve kohtumenetluses Riigikogu valimise seaduse § 4 lõige 3 ja § 22 lõige 3. Arvutivõrgus kättesaadav: http://oiguskantsler.ee/sites/default/files/field_document2/6iguskantsleri_arvamus_riigikogu_valimise_seaduse_ss_4_loige_3_ja_ss_22_loige_3_3-4-1-2-15.pdf.

[13] Riigikohtu üldkogu kohtuotsus asjas nr 3-4-1-2-15. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.riigikohus.ee/?id=11&tekst=222578548.

[14] Riigikohtu üldkogu kohtuotsus asjas nr 3-4-1-2-15. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.riigikohus.ee/?id=11&tekst=222578548.

[15] Aktiivse valimisea langetamise mõjude analüüs: eelhindamine. Arvutivõrgus kättesaadav:: https://www.tlu.ee/UserFiles/VOTE%2016_loplik.pdf.

[16] Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.vordoigusvolinik.ee/wp-content/uploads/2015/02/Riigikogu_valimisnimekirjad_2015.pdf

[17] “Kesknoored valimisea langetamisest: see on noorte petmine”. Delfi. 6.5.2015. Arvutivõrgus kättesaadav: http://www.delfi.ee/news/paevauudised/eesti/kesknoored-valimisea-langetamisest-see-on-noorte-petmine?id=71403581.


Author

  • Egert Rünnel on omandatud bakalaureusekraad rahvusvaheliste suhete alal ning magistrikraad riigiteadustes. Egert on töötanud Eesti Inimõiguste Keskuses alates 2011. aastast ning läbi viinud erinevaid projekte ühiskonna inimõigustealase teadlikkuse tõstmiseks. Samuti on Egert aastatel 2011–2015 olnud Tallinna Tehnikaülikoolis uuringute spetsialist.

Cart
  • No products in the cart.