Катрин Найман Меткалф

Политическое и структурное развитие

Свобода слова установлена в статье 10 Европейской конвенции прав человека и основных свобод и в параграфах 44-46 конституции Эстонской Республики. Свобода слова важна как сама по себе, так и в качестве предпосылки осуществления иных свобод и функционирования демократии и включает свободу выражать мысли и распространять информацию – письменно, устно, в виде изображений или иным образом – и право получать информацию. К свободе слова относятся законы, касающиеся СМИ, доступ к информации и защита данных. В известных случаях и при известных условиях свободу слова можно ограничивать для защиты других прав (например, приватности), по соображениям безопасности или иным причинам, как, например, лицензирование телерадиовещания.

Ситуация со свободой слова в Эстонии в целом хорошая и она не изменилась и в 2013 году. При этом, прошедший год был важен для СМИ Эстонии из-за важного события, имевшего место на медиа-ландшафте. В начале сентября норвежский медиаконцерн Schibsted продал предприятие Eesti Meedia, которому, в числе прочего, принадлежит газета Postimees. Покупателями стали эстонские инвесторы. Это означает, что важные издания спустя годы вновь во внутригосударственной собственности. Schibsted был важным актором на медиа-ландшафте Эстонии с 1998 года, через Eesti Meedia им также принадлежали различные местные газеты, радиостанции и телеканал Kanal 2. Вторым событием, получившим широкую огласку в СМИ, стала замена редакции культурной газеты Sirp. Вокруг этого возникла дискуссия, в которой министру культуры Рейну Лангу предъявили излишнее вмешательство во внутренние дела независимой газеты и ложь общественности, что привело к отставке министра в ноябре. Новым министром культуры стала Урве Тийдус (у которой, как и у предыдущего министра культуры, есть журналистский опыт).

Важным событием, которое активно освещалось и за пределами Эстонии, стало решение Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по казусу Delfi против Эстонской Республики.[1] Это одно из первых серьезных судебных разбирательств в мире, связанных с содержанием интернета, точнее, с комментариями в интернете. Так как Delfi изменил свою систему интернет-комментариев уже в 2007 году, когда казус находился в судах Эстонии, то практического влияния решения ЕСПЧ напрямую не наблюдается, однако, решение является очень важным в общей дискуссии об интернет-свободе. Подробнее об этом казусе ниже.

Законодательное развития

В закон о медийных услугах (принят в 2010 году) в 2013 году были внесены поправки в части порядка надзора. Точнее, Департамент технического надзора по большей части перенял задания, ранее бывшие в ведении министерства культуры. Поправки вступают в силу в 2014 году. Новый порядок соответствует действующим в Европе нормам и рекомендациям организаций, занимающихся различными вопросами в области медиа. Эстония до сих пор была единственной страной-членом Европейского Союза, где не было отдельного учреждения для регуляции СМИ. В пояснительно записке к законопроекту (6 декабря 2012 г.) можно прочитать: “Главной целью изменения закона является создание правовой регуляции и административного устройства, которое соответствовало бы принципам Европейского Союза и Совета Европы в области медийных услуг и помогало бы обеспечить независимость регуляционного учреждения, а также принимало бы во внимание развитие рынка СМИ Эстонии в последние годы”.[2] Это позитивные изменения, поскольку они ведут к лучшему соответствию ситуации в Эстонии действующиим в Европе нормам. Рано оценивать практическое влияние изменений закона.

В закон о медийных услугах были добавлены и пояснения касательно того, в каком объеме он действует для предприятий электронной связи, а также другие малые изменения, например, в части лицензий. В целом, имело место приведение закона в соответствие с новыми технологиями и, следовательно, новыми действующими в Европе трактовками.

В пенитенциарный кодекс в 2013 году были добавлены параграфы о ходатайстве о доступу к детской порнографии и отслеживанию последней (§ 1751), а также изменены положения об изготовлении и предоставлении таковой (§ 178). Цель изменений – усложнить использование детской порнографии. Положения являются частью более широких законодательных изменений, цель которых – защитить детей, включая, например, изменения в части запрета на покупку секса у несовершеннолетних. Поправки вступили в силу 23 декабря 2013 года. Поправки к параграфам о разжигании вражды (с целью улучшения соответствия регуляции рамочному решению Совета Европейского Союза по борьбе с расизмом и ксенофобией), которые обсуждались в течение нескольких последних лет и на организованных министерством юстиции круглых столах, не были приняты в 2013 году.

Судебная практика

Наиболее важное судебное решение 2013 года, касающееся СМИ, пришло не из эстонских судов, а из Европейского суда по правам человека. В октябре 2013 года ЕСПЧ принял решение по казусу Delfi – решение, которое с большим интересом ожидалось не только в Эстонии, но и во всей Европе и даже по всему миру. Казус настолько интересный, поскольку в отношении интернета мало судебных решений и ожидается, что различные юридические инстанции получат возможность анализировать правовые аспекты интернета. С их помощью можно лучше определять, как применять законы в кибер-среде. Это всемирно важный вопрос, поскольку интернет рос так быстро, что в его отношении существует мало законодательства и вопросы ответственности скорее решаются прагматически тогда, когда они возникают, что совершенно не хорошо со стороны правовой уверенности – особенно, учитывая все большую важность интернета для общества, как такового.

В казусе Delfi имеет место ответственность за интернет-комментарии. Вкратце, основанием для судебного разбирательства явились анонимные комментарии под статьей, опубликованной на новостном портале Delfi, которые, как утверждалось, клеветали на частное лицо, которое подало на Delfi в суд. Важно, что сама статья не носила клеветнический характер – жалобщик этого тоже не утверждал – и что комментарии не были заказаны или одобрены Delfi. При этом, Delfi позволил опубликовать их на своей веб-странице, хотя существует система для контроля и, при необходимости, удаления комментариев, наивысшая судебная инстанция Эстонии все-таки нашла в 2008 году (решение которой Delfi обжаловал в дальнейшем в Европейском суде), что эта система была слишком медленной и клеветнические комментарии были доступны достаточно долго, чтобы Delfi должен был отвечать за них. Delfi был назначен штраф в объеме, соответствующем 320 евро. Низкий штраф показал, что имело место, прежде всего, не наказание, а, скорее, привлечение внимания к ситуации, при которой если позволяется публикация содержания в интернете, то должна иметься более эффективная система для контроля соответствия этого содержания законам.

ЕСПЧ одобрил низкую границу низкого штрафа, поскольку, и по их мнению, важно было привлечь внимание к функционированию системы контроля. Delfi изменил свою практику после случая, однако, поскольку нашел, что решение эстонского суда ограничило его свободу слова, обжаловал решение в ЕСПЧ как предполагаемое нарушение статьи 10 Европейской конвенции прав человека и основных свобод. Некоторые организации свободы слова поддержали Delfi и были очень критичными в отношении судебного решения, найдя, что решение вменяет редактору интернет-страницы слишком большую ответственность за содержание, тогда как эту страницу следует скорее рассматривать, как посредника, у которого в соответствии с директивой э-торговли ЕС[3] ограниченная ответственность. Некоторые организации говорили о намерении обжаловать решение ЕСПЧ на общей ассамблее ЕСПЧ. При этом, значение используемых в директиве ЕС принципов не ясно, поскольку судебных решений мало и границы между ролями различных действующих в интернете органов не является четкими. Таким образом, решение ЕСПЧ можно рассматривать прежде всего как попытку применить в кибер-пространстве те же правила, что и те, что действуют в остальных СМИ.

Государственный суд не принял в 2013 году решения ни по одному делу по надзору за конституцией. Решение административной коллегии государственного суда 3-3-1-58-13, 8 ноября 2013 года, было косвенно связано со свободой слова, точнее, со свободой СМИ. Это была кассационная жалоба медиа-предприятия Starman AS на Департамент по техническому надзору в связи с исполнением требований, исходя из закона об электронной связи, в отношении надзора за лицами, предлагающими услугу общего пользования, в числе прочего, в связи с трактованием понятия “услуги общего пользования”. Детали в настоящем контексте не важны, однако, суд в своем решении обращает внимание на важность использования практики Европейского суда и других стран-членов Европейского Союза, чтобы выявить конкретную трактовку понятий, исходящих из европейского права.

Статистика и исследования

В дополнение к законам и судебной системе в Эстонии есть система, основывающаяся на саморегулировании. Жалобы можно представлять Совету публичного слова или Совету по прессе. Членами его, помимо печатных изданий, являются некоторые каналы телерадиовещания и интернет-СМИ (Delfi). Число рассмотренных в 2011 году в Совете по прессе жалоб было наивысшим за последние десять лет (67 жалоб и 61 решение), в 2012 году показатели составили соответственно 49 и 38, в 2013 году представили 56 жалоб и приняли 52 решения. Число оправдательных и осуждающих решений было почти равным: 25 и 27.[4] Совет публичного слова занимается вопросами медийной этики и рассматривает жалобы. В 2012 году в Совете публичного слова было ощутимо меньше желоб, чем в 2011 году (соответственно 23 и 40). Также, в два предыдущих года число жалоб было выше. В 2013 году было 30 жалоб – освобождающих решений 10 и осуждающих 8.[5] На основании числа или содержания жалоб не видны важные изменения в функционировании систем или осведомленности людей, хотя, в основном, люди осведомлены о наличии саморегулирования и органы занимаются представленными случаями предусмотренным образом.

Публичная дискуссия и тренды

Ситуация со свободой слова в Эстонии уже в течение продолжительного времени является позитивной и стабильной, изменения медиа-ландшафта не привносят особой опасности для свободы слова. Медиа-ландшафт Эстонии для маленькой страны является разнообразным и политического давления на СМИ в целом мало. При этом, можно все-таки упомянуть и менее позитивные факты, например, тональность и содержание интернет-комментариев по-прежнему являются очень сырыми и оскорбительными, что означает, что люди могут воздержаться от участия в публичной дискуссии. Хотя у казуса Delfi в долгосрочной перспективе может быть определенное влияния, не очевидно, что это что-нибудь изменит, поскольку уже несколько лет назад, когда дело рассматривалось в Эстонии, были сделаны определенные изменения. СМИ уже сделали то, что можно сделать – остальные проблемы происходят, скорее, от отсутствующей культуры общения.

Русскоязычное населения по-прежнему по большей части потребляет российские СМИ, что означает, что они живут в другом медиа-пространстве, нежели большая часть населения Эстонской Республики. Большие различия наблюдаются и в содержании выходящих в Эстонии СМИ на русском и эстонском языках.

В особенности после решения по казусу Delfi в СМИ много обсуждали интернет-комментарии, а также, бывшую в целом актуальной в 2013 году тему свободы и прозрачности интернета (о том, например, что происходит при удалении контента интернета). Международные случаи разоблачения, особенно в отношении широкой деятельность спецслужб Соединенных Штатов Америки, привели к дискуссии о приватности и в Эстонии. Хотя здесь было меньше обсуждения, нежели в некоторых других государствах – видимо, потому что Эстония, будучи маленькой страной, не была большой зоной интереса при разведке, а, возможно, и из-за того, что в Эстонии больше привыкли к использованию современной инфотехнологии, чем в других странах, и уже прежде были осведомлены об опасностях, например, для приватности (поскольку от части то, что обсуждается, не является, по сути, новым, а лишь более актуальным в дискуссии).

Рекомендации

Ситуация со свободой слова в Эстонии является хорошей и нет рекомендаций для изменений в законодательстве или его применении. При этом, работа в отношении этики СМИ должна быть продолжена, поскольку часто возникают новые вызовы, например, как обеспечить принципы этики СМИ в интернете. Так как интернет-контент может создавать и распространять каждые, не только журналисты и профессионалы в области медиа, работу по оповещению следует делать и посредством публичной дискуссии и обучения молодежи и детей.



[1] Case of Delfi AS v. Estonia, application 64569/09, 10.10.2013 http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-126635

[3] Euroopa Parlamendi ja Nõukogu Direktiiv 2000/31/EÜ, 8. juuni 2000, infoühiskonna teenuste teatavate õiguslike aspektide, eriti elektroonilise kaubanduse kohta siseturul (direktiiv elektroonilise kaubanduse kohta)

[4] http://www.eall.ee/pressinoukogu/statistika.html

[5] http://www.asn.org.ee/statistika.html