8 - Глава

Национальные меньшинства и интеграционная политика

Author: Robert Derevski

Ситуация улучшилась.

Ключевые темы

  • В интеграционной политике наблюдаются изменения в лучшую сторону, хотя в качестве вызывающих беспокойство аспектов называются уже давно знакомые проблемы (например, иммиграция, раскол между русскоязычными жителями и эстонцами и т.д.).
  • В Эстонии темы интеграции характеризует их политизированность, а также отсутствие содержательного и последовательного обсуждения. На уровне общины реализовывать проекты и программы удается, однако более широкая общественная дискуссия по-прежнему является реактивной, то есть провоцируемой событиями, высказываниями мнений или другими случаями.
  • Предложение публичных услуг и распространение информации в условиях пандемии иностранцы оценивали положительно. Тем не менее, необходимо увеличить степень ясности и понятности услуг среди людей с другим родным языком и уровнем интегрированности.

Политические и институциональные направления развития

2020 год как последний год десятилетия обозначил завершение сроков целого ряда планов развития и стратегий, что выражается и в разработке некоторых новых стратегий. Так, в 2020 году был утвержден разработанный Министерством внутренних дел, Министерством иностранных дел и Министерством культуры «План развития связанной Эстонии 2030».[1] Он представляет собой консолидированную стратегию, основанную на ряде более ранних документов по развитию.[2] В плане указаны направления развития в сфере интеграции на ближайшее десятилетие, а также видение будущего, цели и важные проблемы, стоящие перед государством.

Для реализации плана развития в настоящее время разрабатывается четыре программы. Главной из них является программа «Эстония, поддерживаются адаптацию и интеграцию»[3] – она направлена на возвращающихся в Эстонию людей, живущих по всему миру соотечественников и новых иммигрантов. Важнейшая цель программы заключается в улучшении информированности людей об имеющихся услугах, а также в способствовании сотрудничеству между общинами, государством и местными самоуправлениями. Кроме того, ведется работа над разработкой программ «Общинная Эстония»,[4] «Глобальное эстонское национальное самосознание»[5] и «Умный учет народонаселения».[6]

Законодательные направления развития

За период с 1 января 2020 года по 30 сентября 2021 года Закон об иностранцах был изменен семь раз.[7] Среди самых важных изменений можно отметить появившуюся в июня 2020 года возможность для всех иностранцев, желающих работать в Эстонии,  ходатайствовать о визе цифрового кочевника. Данное решение позволяет иностранцу приехать в Эстонию, находиться здесь в качестве туриста, и одновременно продолжать работать на иностранного работодателя независимо от места нахождения. В ЕС аналогичные инициативы были запущены также в Германии, Чехии, Хорватии, Исландии, Норвегии, Греции, Португалии и Италии.[8]

Изменения были внесены и в Закон о гражданстве. В начале 2020 года вступил в силу проект Закона о гражданстве, целью которого было обеспечить для родившихся в Эстонии несовершеннолетних, родители (или прародители) которых проживали в Эстонии до восстановления независимости Эстонской Республики, возможность получить эстонское гражданство в упрощенном порядке.[9] В этом же году было добавлено и новое основание для лишения гражданства – совершение тяжких преступлений против государства. Теперь Правительство Республики имеет право лишить эстонского гражданства также и лицо, относительно которого вступил в силу обвинительный приговор в связи с государственной изменой, разведывательной деятельностью или террористическим преступлением.[10]

Судебная практика

В 2021 году на основании решений Государственного суда в Закон об иностранцах были внесены два важных изменения. Первое решение касалось права на досрочное выдворение и права на судебную защиту иностранных граждан, приехавших в Эстонию для сезонных работ. А именно, Департамент полиции и погранохраны досрочно прекратил безвизовое пребывания двух граждан Украины в Эстонии в связи с предполагаемым несоблюдением ими требований об изоляции. Административный суд вернул поданную в связи с этим жалобу, так как Закон об иностранцах, по оценке суда, не давал иностранцам в данной ситуации права обратиться в суд. Тем не менее, Государственный суд признал противоречащим Конституции и недействительным как выдворение иностранцев, так и положения Закона об иностранцах, которые не позволяли оспорить досрочное прекращение пребывания в Эстонии сезонных рабочих, которые прибыли в страну в безвизовом порядке.

Суд посчитал, что иностранцы (украинцы) имеют право пребывать в странах ЕС в безвизовом порядке до 90 дней в течение 180-дневного периода. Кроме того, по словам Государственного суда, должна существовать возможность проверить правомерность выдворения из страны, и полное исключение такого права представляет собой действительно серьезное ущемление основных прав.[11]

Второе важное решение касалось прав однополых пар.[12] А именно, в 2019 году Государственный суд признал противоречащими Конституции пункты Закона об иностранцах, которые исключали возможность предоставления срочного вида на жительство иностранцу, желающему переехать к зарегистрированному сожителю того же пола, являющемуся гражданином Эстонии.

В сентябре 2021 года решением Государственного суда это право стало распространяться и на зарегистрированного сожителя лица, проживающего в Эстонии на основании вида на жительство.[13] По оценке Государственного суда, делать различия между человеком, являющимся гражданином Эстонии, и иностранцем, проживающим в Эстонии на основании вида на жительство, нельзя, так как Закон об иностранцах в отношении предоставления срочного вида на жительство не предусматривает различия между тем, является ли проживающий в Эстонии супруг гражданином Эстонии, или эстонцем по национальности, или иностранцем.

Статистика и исследования

В 2021 году был выпущен восьмой «Мониторинг интеграции в Эстонии 2020»,[14] дающий подробный обзор развития сферы интеграции по состоянию на 2020 год. В течение последних двух десятилетий интеграция в Эстонии была последовательной, и в ней наблюдались положительные тенденции. Проблемным местом во-прежнему является малое количество контактов между эстоноземельцами различных национальностей, а также различие в участии эстонцев и жителей других национальностей в трудовой жизни и в способности справляться с социально-экономическими аспектами повседневной жизни.

В ноябре 2020 года были обнародованы результаты индекса политик по интеграции иммигрантов (MIPEX) за 2019 год.[15] Результаты Эстонии в миграционной политике неизменно улучшались с 2007 года, и в настоящее время у иммигрантов есть более лучшие возможности  на рынке труда, а также в части доступности медицинских услуг и ходатайства о виде на жительство. Ситуация по-прежнему хуже в части здравоохранения, участия в политической жизни и политики по гражданству.

Рейтинг 2020 года MDI World Talent Ranking[16] оценивал конкурентоспособность приезжающих из-за границы квалифицированных специалистов при найме в 2020 году. Эстония значительно улучшила свою конкурентоспособность, поднявшись в рейтинге с 27 места (2019 год) на 19 место (при этом Литва заняла 27 место и Латвия 33 место).[17]

Согласно исследованию программы Фонда содействия развитию предпринимательства (EAS) Work in Estonia, по состоянию на осень 2020 года все больше эстонских предпринимателей предпочитали нанимать удаленно работающих иностранцев.[18] Главная причина этого заключалась в обусловленных пандемией ограничениях и в нехватке местных квалифицированных специалистов. В 2020 году также был опубликован объемный обзор миграционной статистики, охватывающий миграцию в 2016–2020 годах и объясняющий произошедшие в ней изменения.[19]

В 2020 году было проведено исследование осведомленности об особом положении среди проживающих в Эстонии иностранцев.[20] Из результатов выяснилось, что нахождение в Эстонии иностранцы считали более безопасным, чем возвращение в родную страну. Наибольшие опасения у них вызывала миграционная политика, прежде всего, опасность выдворения из страны. Кроме того, иностранцам казалось, что местные жители относились к ограничениям более вольно (например, ношение масок в общественных пространствах лишь немногими людьми, несоблюдение двухметровой дистанции и т.д.). В качестве возможного решения проблемы отмечалась более эффективная коммуникация со стороны государства и расширение единого информационного поля жителей Эстонии.

Обнадеживающие и добрые обычаи

Из добрых обычаев следует отметить идеи Целевого фонда интеграции (INSA), позволяющие сделать интеграцию более интерактивной, а изучение языка более вовлекающим. В 2020 году в Домах эстонского языка Таллинна и Нарвы стартовал курс эстонской традиционной культуры, знакомящий участников с обычаями, праздниками, культурными пространствами, традициями, народными песнями и танцами эстонцев.[21] В 2021 году фонд INSA инициировал новую практическую программу, которая знакомит студентов, родным языком которых не является эстонский язык, с возможностями по трудоустройству в государственных учреждениях.[22] Программу прошли 13 молодых людей, по словам которых программа показала, что, например, русский язык в качестве родного языка может являться сильным преимуществом и в государственном секторе.

В 2020 году Институт балтийских исследований начал проводить курсы обучения и организовывать мероприятия для студентов из третьих стран, учащихся в эстонских высших учебных заведениях.[23] Целью финансируемого фондом Европейского союза AMIF и Министерством внутренних дел проекта является ознакомление иностранных студентов с рынком труда Эстонии и его особенностями, чтобы стимулировать и помочь им войти на рынок труда Эстонии и остаться в стране.

Целый ряд касающихся беженцев проектов проводится и в Центре помощи беженцам. Например, в апреле 2021 года был запущен проект по поддержке адаптации детей мигрантов и созданию мультикультурной учебной среды.[24] В свою очередь проект, стартовавший в сентябре 2021 года, фокусируется уже на улучшении осведомленности молодежи о живущих в Эстонии беженцах.[25]

Самые важные общественные дискуссии

Кроме риторики предыдущего правительства, рассматриваемый период характеризует также и вызванный COVID-19 кризис, который спровоцировал дискуссии, напрямую касающиеся интеграции. Например, в 2020 году были ужесточены условия для въезда иностранцев в страну, что среди прочего привело к нехватке рабочей силы в лице сборщиков клубники. Мрачные прогнозы относительно роста цен на клубнику и гибель урожая[26] обусловили дискуссии относительно использования иностранной рабочей силы, зарплат сборщиков клубники и использования местных работников. На фоне этих и других аспектов данная ситуация наглядно продемонстрировала то, какое влияние привлечение рабочей силы в Эстонию способно оказать как на страну, так и на местную экономику.

Острые дискуссии разгорелись и во второй половине 2021 года, когда общественное внимание было временно приковано к смене власти в Афганистане и предложению убежища сотрудничавшим с Эстонией афганцам. По решению правительства Эстония примет до 30 афганцев (в том числе их членов семьи).[27] Кроме того, активно обсуждался и кризис с беженцами, спровоцированный на литовской границе Беларусью исходя из политических мотивов, а также то, как сама Эстония могла бы реагировать на такую ситуацию и уменьшить собственные риски. В свете данной ситуации на помощь Литве было отправлено полицейское подразделение ДППО ESTPOL5,[28] укреплена граница между Латвией и Эстонией, усилен контроль в портах, а также повышена готовность на восточной границе.[29]

Тенденции и перспективы

Целью приезда большинства людей в Эстонию по-прежнему является краткосрочная работа. Таким образом, увеличивается количество иностранных работников, пребывающих в страну в том числе и на основании краткосрочного разрешения на работу и визы, что помогает облегчить нехватку рабочей силы, однако является проблемой в связи с установленным предельным количеством иммигрантов. В 2020 году количество поданных ходатайств превысило данный годовой предел уже 6 января.[30]

В будущем ожидается развитие касающихся интеграции программ и их большая разносторонность. Тем не менее, дискуссия об интеграции и миграции по-прежнему является реактивной и недостаточно конструктивной. Это в свою очередь говорит о том, что в обществе отсутствует ясное понимание и план относительно того, как следует подходить к этим темам и какие решения могли бы быть реализованы на государственном уровне.

Прошедшие в 2021 году выборы в местные самоуправления подтверждают, что попытки разыграть так называемую «русскую карту» продолжаются, при этом в целом ряде сфер, таких как административная реформа (или вопросы языка, гражданства и т.д.), больших изменений не произошло. Можно ожидать периодического возвращения к данным темам и в следующие годы, однако это совершенно не обязательно приведет к конкретным решениям.

Описание случая

По-прежнему остается актуальной проблема с сохранением абхазскими эстонцами эстонского гражданства, а также с ходатайством о его предоставлении. Курьезный случай произошел в 2020 году, когда новостной портал ERR рассказал о живущей в Абхазии Алли Рутто, у которой возникли проблемы с продлением эстонского гражданства.[31] А именно, дедушка Алли Рутто был оптантом, то есть эстонцем, проживавшим до подписания в 1920 году Тартуского мирного договора на территории бывшей империи. На основании Тартуского мирного договора проживавшие на тот момент за границей оптанты получили право взять гражданство Эстонии, чем дедушка Алли и воспользовался.

В итоге Эстония выдала дедушке Алли свидетельство о гражданстве, и в 2012 году сама Алли стала гражданкой Эстонии по рождению. Однако в 2018 году Государственный суд вынес ставшее прецедентом решение, согласно которому потомки оптантов не могут считаться гражданами Эстонии (по рождению), если за оптацией не последовало переселение в Эстонию.[32] Так как Алли этого не сделала, то, согласно такой трактовке, она стала гражданкой Эстонии ошибочно.

В итоге в 2018 году продление ее эстонского паспорта было поставлено под вопрос. Для выяснения обстоятельств ДППО выдал временный паспорт на два года, признав, что предоставление гражданства в 2012 году было ошибочным, несмотря на то обстоятельство, что сын и дочь Алли сейчас живут в Эстонии, и что они получили эстонское гражданство также по рождению.

В 2020 году для решения проблемы взял слово уже канцлер юстиции, который отметил, что лицо, которое однажды уже было объявлено гражданином по рождению, не может быть лишено гражданства вследствие неправильных решений государства. Другими словами, люди не должны отвечать за допущенные государством ошибки, если это угрожает их юридическому статусу. В результате временный паспорт Алли был продлен на десять лет, и ее ситуация была успешно разрешена. Тем не менее, в подвешенном состоянии остается проблема нескольких сотен других абхазских эстонцев, которым для сохранения[33] или получения[34] эстонского гражданства предстоит столкнуться с законодательными и бюрократическими трудностями.

Рекомендации

  • В Эстонии следует применять более эффективную политику равных возможностей. Несмотря на определенные успехи в сфере интеграции, неразрешенными по-прежнему остаются некоторые уже давно знакомые проблемы, связанные, например, со школьной системой и языком обучения, с иммиграцией иностранной рабочей силы и соответствующими квотами, а также с интеграцией и возможностями по изучению языка в различных частях Эстонии.
  • При создании публичных и поддерживающих адаптацию услуг следует обращать внимание на различные целевые группы, чтобы люди с аналогичными потребностями, но с разными уровнями владения языком и интегрированности не оказывались в замкнутом информационном пространстве и не лишались предлагаемых услуг.
  • Вместо эмоциональных дискуссий Эстонии требуется основанная на фактах и конструктивная политическая дискуссия. По-прежнему наблюдаются попытки противопоставить русских и эстонцев. Большая политизированность наблюдается и в дебатах относительно иностранных сезонных рабочих и новых иммигрантов.
  • В вопросах национальных меньшинств и интеграции следует стремиться к политическому и общественному консенсусу, способному помочь сформировать одинаково разделяемый всеми нарратив об Эстонии как стране, в которой хорошо жить, учиться и работать как местным жителям, так и иностранцам. Мы рекомендуем проводить систематические дискуссии на темы гражданства и миграции, а также обращать больше внимания на людей, которым удалось успешно адаптироваться к жизни в Эстонии.

[1] Siseministeerium. 2021. Sidusa Eesti arengukava 2030. Eelnõu.

[2] Nendeks on „Lõimuv Eesti 200“, „Siseturvalisuse arengukava 2015-2020“, „Kodanikuühiskonna arengukava 2015-2020“ ja „Rahvuskaaslaste programm aastateks 2014-2020“.

[3] Siseministeerium. 2021. Sidusa Eesti arengukava 2030. Eelnõu.

[4] Siseministeerium. 2021. Kodanikuühiskonna programm “Tugev kodanikuühiskond” 2021-2024.

[5] Välisministeerium. 2021. Välisministreerium tutvustas ülemaailmse eestluse tulevikuplaane, 10.06.2021.

[6] Siseministeerium. 2021. Programm “Nutikas rahvastikuarvestus 2021-2024”. Eelnõu.

[7] Riigi Teataja. 2021. Välismaalaste seadus, 01.10.2010.

[8] ETIAS. 2021. Digital Nomad Visas in EU Countries. [Digiränduri viisad ELi riikides].

[9] Riigikogu. 2020. Kodakondsuse seaduse muutmise seadus 58 SE.

[10] Riigikogu. 2020. Kodakondsuse seaduse §28 täiendamise seadus 217 SE.

[11] Riigikohus. 2021. Välismaalasel on õigus viisavabalt Eestis viibimise lõpetamist kohtus vaidlustada, 20.04.2021.

[12] Riigikohus. 2019. Eesti kodaniku samast soost registreeritud elukaaslasele elamisloa mitteandmine on põhiseadusvastane, 21.06.2019.

[13] Riigikohus. 2021. Riigikohus tunnistas põhiseadusevastaseks samast soost paari Eestis elamist piiranud seaduse, 28.09.2021.

[14] Praxis, Balti Uuringute Instituut, Tallinna Ülikool, Tartu Ülikool, Turu-uuringute AS. 2020. Eesti ühiskonna lõimumismonitooring 2020.

[15] MIPEX. 2020. Migrant Integration Policy Index – Estonia. [Migrantide integratsioonipoliitika indeks – Eesti]

[16] IMD. 2021. World Talent Ranking. [Maailma kvalifitseeritud tööjõu pingerida].

[17] EAS. 2021. Eesti tegi välistalentide aruandes võimsa tõusu, 27.04.2021.

[18] RAKE. 2020. Rahvusvahelise kaugtöö uuring.

[19] Siseministeerium. 2020. Rändestatistika ülevaade 2016-2020.

[20] Akkadian. 2020. Eestis elavate välismaalaste eriolukorra teadlikkuse uuring 2020.

[21] INSA. 2020. Eesti pärimuskultuuri kursus eesti keele majades, 03.10.2020.

[22] INSA. 2021. Uus praktikaprogramm tõi riigiasutustesse eesti keelest erineva emakeelega tudengid, 07.05.2021.

[23] IBS. 2020. Kraadiõppuritest kolmandatest riikidest välistudengitele Eesti tööturu võimaluste tutvustamise koolitused ja ühisüritused.

[24] Pagulaskeskus. 2021. Lastega töötavate spetsialistide toetamine lõimiva keskkonna loomisel.

[25] Pagulaskeskus. 2021. Pagulasnoorte võimestamine ja teadlikkuse tõstmine pagulastest Eestis.

[26] Raudvere, R. jt. 2020. Võõrtööjõu keelamise tagajärg: maasikate hind tõuseb ja enamik saagist jääb põllule, Maaleht, 20.05.2020.

[27] Vabariigi Valitsus. 2021. Valitsus otsustas Eestisse vastu võtta kuni 30 meie ja liitlastega koostööd teinud afgaani, 19.08.2021.

[28] PPA. 2021. PPA lähetab Leetu politseiüksuse ESTPOL5, 05.07.2021.

[29] Pott, T. 2021. Eesti on tõstnud Leedu kriisi tõttu piiril ning sadamates valmisolekut, ERR, 10.07.2021.

[30] PPA. 2020. Välismaalased esitasid elamisloa taotlusi Eestis ettevõtluseks ja töötamiseks sisserände piirarvust rohkem, 07.01.2020.

[31] Eilat, T. 2020. Abhaasia eestlane Alli Rutto sai lõpuks passi, 11.11.2020.

[32] Riigikohus. 2018. Eesti kodakondsusse opteerumise viis lõpule ümberasumine Eesti Vabariiki, 02.03.2018.

[33] Eilat, T. 2019. „Pealtnägija”: ausus maksab teenekale õpetajale Eesti kodakondsuse, ERR, 06.02.2019.

[34] Piirsalu, J. 2021. Abhaasia eestlane paneb proovile põhiseaduse. Postimees, 27.09.2021.


Author

  • Robert Derevski on Balti Uuringute Instituudi analüütik, kes tegeleb peamiselt sotsiaal-, haridus- ja integratsiooniteemaliste projektidega. Ta on lõpetanud Manchesteri Ülikooli rahvusvaheliste suhete eriala ning omab magistrikraadi rahvusvahelises õiguses ja julgeolekus.

Cart
  • No products in the cart.