Доступ к правосудию

В целом доступность правосудия в Эстонии обеспечена. Имеются отдельные проблемы, например, в организации юридической помо­щи. Поднимались и вопросы, касающиеся независимости судебной власти.

Право на доступ к правосудию надежно закреплено Конституцией Эстонской Республики, а также обеспечены следующие права:

•      право на доступ к инстанции, рассматривающей споры,

•      право на справедливое судебное разбирательство,

•      право на разрешение споров в течение разумного времени,

•      право на справедливое возмещение ущерба,

•      право на реальное и эффективное средство правовой защиты.

Эти права большей частью закреплены законодательно или вытекают из постановлений Государственного суда. Это не означает, что проблем нет или что все перечисленные элементы на практике всегда предусматриваются. Судебная система Эстонии и соответст­вующие законы, безусловно, нуждаются в дальнейшей детализации, дабы обеспечить постоянную и эффективную защиту перечисленных прав.

При подробном рассмотрении судебных дел и связанных с ними вопросов выявляются проблемные сферы: длительность судебной процедуры, влияние Министерства юстиции на суды и вопрос о беспристрастности судей, неравномерное предоставление юриди­ческой помощи тем, кто не имеет денежных средств для найма адво­ката. В следующих разделах эти темы рассмотрены более детально.

Право обжалования

Как было сказано выше, право на доступ к инстанции, рассматри­вающей споры, установлено Конституцией, и на соответствующую статью ее можно опираться в судах Эстонии. Многочисленные ограничения устанавливают, кто и какие иски имеет право подавать и при каких обстоятельствах. Эти ограничения аналогичны тем, что действуют в правовых системах всего мира и признаются такими учреждениями, как Суд Европейского cоюза и Европейский суд по правам человека.

Строгие правила обжалования толкуются судами в их практике столь же строгим образом[1]. У третьих лиц, чьи права или свободы не нарушены непосредственно, право обжалования крайне ограничено. Они могут подать иск лишь в предусмотренных законом случаях (примеры: родитель может подавать иски от имени своего ребенка; тот, кто распоряжается имуществом исчезнувшего лица, может подавать от его имени иски, касающиеся этого имущества; квартир­ные товарищества могут подавать иски от имени своих членов)[2].

Ограничение права обжалования – это вопрос правовой политики и проистекает из структуры самой правовой системы, но тем не менее заслуживает анализа. Сужение этого права может преграждать доступ к правосудию, и в определенных случаях излишние ограниче­ния неоправданны. Улучшить ситуацию можно, например, раз­работав нормы, по которым суд сам определял бы необходимость в праве обжалования, вместо того чтобы устанавливать законом узкий список возможностей, исключая всё остальное. Тогда преграда была бы не столь непреодолимой, и появилась бы гибкость для рас­смотрения новых ситуаций и случаев.

В этой связи стоит отметить также особое требование о предъ­явлении доказательств при исках о дискриминации[3]. Оно действует только при исках о дискриминации и состоит в том, что при подаче жалобы ответчик обязан доказать, что обвинение необоснованно. Поскольку с тех пор, как этот закон был введен в действие, таких исков не подавалось, то в судебной практике применение этого закона еще не опробовано.

Право на участие в судебном разбирательстве

Право на участие в судебном разбирательстве как один из аспектов доступа к правосудию обеспечено Конституцией и не имеет чрез­мерных ограничений. Право на ознакомление с доказатель­ствами и те нормы, которыми это право обеспечено в Эстонии, рас­сматривались в Европейском суде по правам человека в деле «Тааль против Эстонии». Причиной послужило то, что «подателю жалобы и его представителю [не] предоставили возможности опро­сить ни одного свидетеля ни на одном этапе судопроизводства и что суды не опросили ни одного свидетеля»[4]. Нарушение состояло в том, что суды не приложили достаточно усилий, чтобы обеспечить явку свидетелей. Вынесенное решение заставляет суды задуматься над тем, сколь настойчиво им следует обеспечивать вручение судеб­ных повесток и других документов получателям. Добиться «макси­мально возможной убедительности» при вызове лица в суд – эта обязанность возлагается на суды не только решением Суда по правам человека, но и Конституцией[5].

Юридическая помощь государства

Оказывая поддержку участникам судебного разбирательства, не имеющим достаточных средств для судебной тяжбы, государство исходит из принципа равенства, иначе стесненность в средствах может повлиять на способность сторон обеспечить себе преду­смотренное законом представительство и покрыть судебные рас­ходы. Статья 12 Конституции устанавливает равенство каждого перед законом; статья 7 Кодекса гражданского судопроизводства тоже поддерживает этот принцип, устанавливая, что «стороны и дру­гие лица равны перед законом и судом».

С судопроизводством связаны два разных и в принципе не связан­ных между собою вопроса. Во-первых, те жалобы, судебные расходы на которые зависят от ценности оспариваемого имущества или от суммы предъявленного иска, не поступают в суд, пока не будут покрыты все необходимые расходы. Это значительное бремя, кото­рое может преградить доступ к правосудию, особенно когда истцу приходится возмещать судебные расходы ответчика. Поэтому суд может сократить эти расходы частично или полностью, хотя случаи, когда у суда открывается такая возможность, очень редки.

Другой финансовый вопрос касается оплаты предусмотренного законом юридического представительства – и тут противоречий, по-видимому, гораздо больше. В расчет надо принимать два аспекта: во-первых, когда именно государство должно обеспечить юридичес­кое представительство и, во-вторых, если такое представительство будет обеспечено, то сколь качественным оно будет.

Согласно эстонскому законодательству, доступ к бесплатному юри­дическому представительству – это далеко не абсолютное право: будет ли оно обеспечено, зависит как от ходатайствующего об этом лица, так и от конкретного судебного дела. Так, суд должен убе­диться в том, что лицо не может само представлять себя. Решение будет зависеть от сложности судебного дела и – в зависимости от характера дела – от того, требует ли законо­дательство, чтобы лицо было юридически представлено[6].

Участники судебного разбирательства могут ходатайствовать о юридическом представительстве за государственный счет на осно­вании Закона о государственной юридической помощи[7]. Однако ее дают в крайне ограниченном числе случаев и, кроме того, выясни­лось, что процесс ходатайства и последующая ревизия зани­мают очень много времени. Согласно этому закону, предлагать данную услугу имеют право только присяжные адвокаты.

Последнее требование может создавать проблемы по двум причи­нам. В некоторых местностях Эстонии мало присяжных адво­катов, и если клиенту не подходит местный адвокат либо он не удовлетворен работой адвоката, то юридическую услугу приходится искать в другом месте. Это во многих отношениях непрактично, а порой и накладно, и тогда мало пользы от того, что Закон о государственной юридической помощи позволяет сменить адвоката. Другая причина в том, что для присяжных адвокатов предоставление юридической помощи за счет государства – дело добровольное, а устанавливать оплату за эту услугу Закон о государственной юридической помощи вверил Министерству юстиции, и оплата эта заметно ниже обычной – в итоге такие судебные дела непривле­кательны для большинства успеш­ных адвокатов. Поэтому возникла ситуация, когда государст­венную юридическую помощь чаще оказывают не слишком компе­тент­ные присяжные адвокаты – те, кому не удается найти других клиентов на рынке юридических услуг.

Канцлеру юстиции приходилось отмечать и такие случаи, когда государственную юридическую помощь назначали слишком поздно[8].

Право на судопроизводство в пределах разумного времени

Из-за особенностей организации судебной системы и большого числа дел по-прежнему наблюдаются неприемлемые задержки в судопроизводстве – это отмечают и Европейский суд по правам человека, и министр юстиции[9]. Эффективность судов надо повы­сить, но это требует больших ресурсов и является долго­временной задачей, которую можно решить только реформой судебной сис­темы.

Независимость суда

Независимость суда складывается из трех составляющих: незави­симости судов, независимости судей и беспристрастности судей в отношении рассматриваемого дела. Эти составляющие взаимосвя­заны и равно важны для достижения максимальной объектив­ности. Независимость судов установлена статьей 146 Конституции. Но в административных и бюджетных вопросах суды первой и второй инстанций по-прежнему зависят от Министерства юстиции, и это можно употребить как рычаг для получения желаемых решений в судебных делах.

Что касается независимости судей, то основная проблема правовой системы Эстонии – переплетение знакомств и связей среди юри­дической общественности. Эстония долгое время имела лишь один университет с факультетом правоведения – отсюда определен­ная корпоративность в среде юристов, и потому следует уделять особое внимание вопросу беспристрастности. В деле «Дорожко и Пожарский против Эстонии», рассматривавшемся в Европейском суде по правам человека, беспристрастность судей оказалась в центре внимания[10]. В этом деле было выявлено нарушение статьи 6(1) Европейского суда по правам человека: супруг судьи руководил группой, проводившей предварительное следствие. Суд по правам человека постановил, что судья могла знать о связи своего мужа с судебным делом и что подобная ситуация недопустима, даже если судья не позволила этому обстоятельству повлиять на свое решение[11]. Этот случай подводит к выводу, что следует более внимательно контролировать беспристрастность судей, дабы избе­гать возможного конфликта интересов.

Непредвзятость судей становилась темой обсуждения и из-за скан­далов, связанных с подкупом судей. С одной стороны, похвально, что эти случаи выявлены и виновные наказаны, но, с другой стороны, такие скандалы бросают тень на систему правосудия в Эстонии. Случаев таких было немало, а потому желательно было бы шире проанализировать мотивы получения взяток и по возможности взве­сить возможности предотвращения подобных ситуаций как через юридическое образование, так и при назначении судей на должность.

Заключение

В целом доступ к правосудию в Эстонии обеспечен, но для его улучшения можно сделать еще много. Что касается права обжа­лования, то большим шагом вперед будет, если вместо жестко закреплен­ного законом узкого списка разработать условия, руко­водствуясь которыми судьи могли бы сами устанавливать право обжалования, исходя из конкретных обстоятельств.

Для улучшения доступа к юридической помощи в регионах, где мало присяжных адвокатов, полезно было бы скорректировать механизм ее предоставления (например, повысить оплату за юридическую помощь за пределами крупных центров). Чтобы сделать среду юристов менее однородной, можно взвесить возможности более пропорционально распределять государственный заказ на обучение юристов между разными высшими учебными заведениями, препо­дающими правоведение, и ввести поддержку обучению за границей.

 


[1]                Riigikohus, 3-2-1-73-05 (15.06.2005), lõigud 10-11.

[2]                Riigikohus, 3-2-1-83-04 (16.09.2004), lõik 17.

[3]                См. Закон о равном обращении = Võrdse kohtlemise seadus (RT I 2008, 56, 315; RT I 2009, 48, 323), §8; Закон о гендерном равноправии = Soolise võrdõiguslikkuse seadus (RT I 2004, 27, 181; RT I 2009, 48, 323), §4.

[4]                Европейский суд по правам человека, дело “Taal v. Estonia” (22 November 2005), Paragraph 35.

[5]                Riigikohus, 3-2-3-10-05 (26.09.2005), lõik 12.

[6]                См. Taavi Annus. Riigiõigus. – Juura 2006, lk. 400.

[7]                Riigi õigusabi seadus (RT I 2004, 56, 403; RT I 2009, 67, 460).

[8]                Õiguskantsler, Märgikiri, nr. 7-1/060638/0606055 (09.2006).

[9]                Õiguskantsler, Vastus pöördumisele, nr. 16-4/091365/0905176 (27.08.2009).

[10]              Европейский суд по правам человека, 24 апреля 2008 г.

[11]              Европейский суд по правам человека (см. примечание 33), пп. 55-59.